Тяжеловесы истеблишмента остались на работе: три фактора последних рокировок

Тяжеловесы истеблишмента остались на работе: три фактора последних рокировок

Политический истеблишмент снова набирает очки, обнулившиеся 19 марта после отставки первого президента.

Фото: пресс-служба Акорды

Сразу после инаугурации Касым-Жомарт Токаев принялся реструктурировать исполнительную ветвь власти. В столице появился новый аким Алтай Кульгинов. Многострадальное Министерство образования и науки также получило нового министра — Асхата Аймагамбетова. Преобразованы ряд министерств. Борцы с коррупцией вышли из состава Агентства по делам госслужбы. И так далее. Главное в этих назначениях — новые фамилии. По крайней мере, три. Как реализуют себя эти люди на новых постах, и к чему эти неожиданные назначения, с медиапорталом 365info поделился политолог Данияр Ашимбаев.

Тяжеловесы истеблишмента остались на работе: три фактора последних рокировок

Д. Ашимбаев. Фото: voxpopuli.kz

Кто управляет кадрами

— До выборов Касым-Жомарт Кемелевич не трогал никого в министерствах, а после инаугурации не стал выжидать. Теперь он управляет кадрами самостоятельно?

— В этой ситуации есть своя логика. Токаеву, конечно, выгодно переназначить чиновников, чтобы их правовой статус истекал из его указа. При этом у второго президента такой кадровой обоймы, как у первого, нет. Он знал кого-то по совместной работе и парламентским слушаниям, с кем-то жил по соседству. Но как подчиненных он их только изучает – кому насколько можно доверять, кто справится.

Мы уже говорили о том, что у Назарбаева была своя система баллов. Условно говоря, построил завод – плюс три балла, посадили заместителя – минус 5 баллов. Все эти баллы аннулировались 19 марта.

Понятно, что перед Токаевым очки нужно зарабатывать заново. Но готовой команды у него нет

Ему нужно изучать людей. А это займет время. Кого-то понять достаточно недели, а кого-то и через 5 лет не прощупать.

Возникает коллизия. По-хорошему, переназначить бы. Но не факт, что назначение окажется хорошим. Одно время все представители политического Олимпа были лояльны Нурсултану Абишевичу. Насколько они будут лояльны Касым-Жомарту Кемелевичу, это еще вопрос, который покажет время. Ему выгоден здоровый консерватизм.

С другой стороны, открылась такая возможность, что после выборов в отставку уходит руководство администрации президента, управления делами, КНБ, «Сырбара», Агентства по делам госслужбы и все акимы.

Еще в понедельник утром ждали, что ротации будут достаточно широкими

Что часть правительства уйдет в акимский корпус, придут новые акимы и так далее. В итоге этого не произошло.

Решения, по большому счету, второй президент принимает сам. Понятно, что консультируясь с первым. В силу того, что это человек, который хорошо знает представителей политического истеблишмента.

Кульгинов — не случаен?

— Откуда Токаев знает теперешнего акима столицы Алтая Кульгинова? Это же молодой политик, который умудрился сдвинуть с поста титана Бахыта Султанова. Аналогично — назначение министра образования и науки. Совершенно непредсказуемые решения президента, на мой взгляд.

— По многим должностям президент советуется с главой администрации и своим окружением.

Да даже Нурсултан Абишевич, назначая тех или иных людей, как правило опирался на мнения своих соратников

Даже есть указ, определяющий президентскую номенклатуру — кто и на какие должности назначается и с кем согласовывается. Система подбора и формирования текущей президентской номенклатуры широкая. Какие-то кандидатуры на согласование вносит премьер, какие-то глава администрации, кого-то Совбез и так далее.

Тяжеловесы истеблишмента остались на работе: три фактора последних рокировок

Алтай Кульгинов, источник: nadezhda.kz.

Чисто по своей инициативе президент назначает первых руководителей в подчиненных ему структурах. Для всего остального есть отработанный механизм проверки. Перед назначениями президент принимал либо генпрокурора, либо главу финпола. Видимо, помимо текущих вопросов, он спрашивал, нет ли по тем или иным персонам каких-то моментов, которые могут всплыть в будущем.

Бахыт Султанов –  экономист и финансист. В его биографии есть минфин, администрация президента, минэкономики. Город для него – хозяйство новое. В городе есть определенные проблемы, которые должен решать человек, работавший на таком уровне.

А Кульгинов показал себя как аким Уральска и ЗКО. Кроме того, он представитель болашаковского поколения, но уже прошедшего отработку

Поэтому такая кандидатура возникла. При этом собеседование наверняка показало, что для города этот вариант будет лучше.

Султанов в итоге вернулся в родную стихию – заниматься экономическими вопросами в правительстве. Конечно, поработай он акимом еще год-два, у него было бы больше возможностей решать городские проблемы. Городская экономика, коммунальное хозяйство, социальное обеспечение, инфраструктура все-таки не его профиль. А мы видим, что в последнее время в столице ситуация обострялась.

Астана с резким ростом численности населения фактически вывезла все социальные проблемы со всех ближайших регионов. Это и малообеспеченные, и многодетные, и самозанятые, и безработные. То есть полный комплект. Так что молодой Кульгинов, хоть и не имеющий общереспубликанской раскрутки, но имеющий опыт работы в городе и области, фигура более подходящая. Понять, так это или нет, мы сможем со временем.

Вокруг уволенных были скандалы

— Проблема кадровой политики в Казахстане есть. И заключается она в том, что человек, назначающий министра или акима, никогда не знает, как этот человек поведет себя в будущем. Справится или нет. Это определенный кредит доверия.

— То есть нельзя с уверенностью сказать, что все политики, лишившиеся на днях своих постов, это «косячники»?

— В какой-то степени вокруг них возникло определенное напряжение. В той же столице были и митинги.

Опять-таки, сыграл свою роль уровень протестного голосования на выборах. Благополучный регион не голосует за оппозицию, условно говоря

Вот есть такая теория — раз у людей накопились проблемы, которые они не могут решить, значит местный исполнительный орган не дорабатывает.

Понятно, что за протестным голосованием стоят какие-то элитные дела или бизнес-конфликты. Но при упрощенном подходе все же чем больше голосуют за оппозицию, тем хуже ситуация в регионе. Правило не 100-процентное, но принимающееся в учет при кадровой политике. Тем более, мы видим, что после выборов в регионах, где были самые плохие показатели, главы обычно сменяются.

Аресты в МОН — причина отставки министра

— С акимами понятно. А министр образования и науки Куляш Шамшидинова отработала всего 2-3 месяца, ее за что?

— С одной стороны, она проработала чуть больше квартала. С другой – за последнее время арестовали нескольких высокопоставленных чиновников минобразования. Например, бывшего руководителя Национального центра тестирования Рамазана Алимкулова, что само по себе очередной пинок по ЕНТ. После него под арестом оказалась вице-министр Эльмира Суханбердиева, у которой есть своя история.

Все они были назначены до прихода Куляш Шамшидиновой. Но… помните требование уходить в отставку в случае коррупции подчиненных?

Коррупция признается решением суда, если действовать по принципу презумпции невиновности. Мы видели дела, которые разваливались по ходу следствия или в суде. Но здесь возникает нюанс – если ждать приговора суда, он может состояться уже после смены министра. Технически получается, что в отставку должен будет уйти уже Аймагамбетов — после того, как осудят последних арестованных. Это красивое политическое требование натыкается на юридическую реальность.

Три ареста высокопоставленных чинов МОН, конечно, создали вокруг министерства нервозную обстановку

Скорее всего, было решено воспользоваться ситуацией и просто обновить руководство, чтобы у нового руководителя были развязаны руки. Аймагамбетов – человек в системе не новый. Он руководил областным департаментом образования, поработал замминистра. Буквально в январе был переброшен в Караганду заместителем областного акима, так как владел социальными вопросами с политической проблематикой. Показал он себя хорошо, почему и был переведен в Астану на повышение.

Тяжеловесы истеблишмента остались на работе: три фактора последних рокировок

Асхат Аймагамбетов. Фото: СЦК

Сказать, что это прямо выдвиженец Токаева и он в нем абсолютно уверен, не сможет сказать даже сам Токаев.

Он может быть и был хорошим замакима или замминистра, но назначая его министром, все идут на риск. Даже человек, который уже был министром, но пошел в другую сферу, может провалиться. Такое случалось. Поэтому здесь есть определенное пространство для эксперимента.

Внешняя разведка — то тут, то здесь

— А внешнюю разведку зачем реорганизовал?

— У нас культуру, к примеру, в разные годы соединяли и со спортом, и с информацией, и со здравоохранением, и с туризмом, и с молодежью в разных пропорциях.

Та же разведка до 1997 года была департаментом разведки КНБ. В 1997 году из нее сделали самостоятельную службу «Барлау». Меньше чем через год вернули в КНБ и сделали из нее «Барлау» КНБ. Потом снова вывели в самостоятельную службу «Сырбар».

То есть внешняя разведка побывала как внутри КНБ, так и самостоятельным ведомством

Не скажу, что это как-то меняло ситуацию. Мы не знаем об успехах наших «штирлицев». Экспертов в области разведки у нас не так много, а об успехах «Сырбара» нам никто не докладывал. Каких высот достиг ее текущий руководитель, побывавший секретарем Совбеза, мы не знаем. Широкого освещения его деятельности не было — был и был. И они теперь просто вошли в состав КНБ.

Примерно то же самое претерпело нынешнее правительство. Выделили два новых министерства. Новые ли они? Вряд ли. Перераспределены полномочия между другими министрами и все. Такое бывало и раньше. Например, существовало министерство экологии и природных ресурсов. Были другие ведомства.

Поэтому я бы не сказал, что последняя кадровая реформа прорывная. Просто среди министров уточнили полномочия

Забрали у МИДа поддержку экспорта. Но МИД и не горел желанием этим заниматься, не его это. Остались инвестиции, но рано или поздно их тоже выведут. Не любят дипломаты заниматься экономикой. Любят создавать структуры, которые этим будут заниматься, но сами не занимаются. Поэтому что есть такая реформа, что ее нет – не принципиально, и на ситуацию никак не влияет.

Экологии, конечно, лучше быть отдельным ведомством, нежели в составе минэнерго. Этого слова не было в названии ни одного министерства до последних дней, а драк вокруг экологических бюджетов и тендеров предостаточно.

Реорганизации были и будут

— Вообще, экология в составе минэнерго – это конфликт интересов.

— А это конфликт в любом ведомстве. Одно время антимонопольный комитет поделили на АРЕМ и АЗК как раз по причине конфликта интересов. Два агентства были созданы с помпой. Все региональные департаменты поделили пополам. А сейчас они не то чтобы в составе одного комитета, им еще и вменили защиту прав потребителей. Которая тоже в свое время создавалась как важное ведомство.

Действует одна и та же логика – сначала создаются новые структуры. По экологии нужно? Нужно. По молодежи нужно? Нужно.

Все это растет, а потом те же люди, которые говорят, что надо бы отдельные ведомства по разным делам, сетуют на слишком большой аппарат

И начинают его сокращать до тех пор, пока не поймут, что кому-то надо заниматься экологией, геологией и так далее.

— Все эти назначения и реорганизации, это не акция протеста в сторону Елбасы, а то, что изначально можно было предполагать в виде естественного процесса?

— Это было до Назарбаева, это будет и после Токаева. У каждого аппарата есть своя логика. Наш аппарат любит делиться, размножаться, сокращаться и снова делиться.

Что касается перераспределения полномочий, любой департамент можно пристегнуть к любому министерству. И периодически министры друг другу какие-то департаменты сбагривают, а какие-то перетягивают. Это было с советских времен и будет продолжаться.

Что касается персон, как я уже говорил, токаевцев в чистом виде немного. На каких-то постах он оставил тяжеловесов или не решился их снимать

Уволить человека легко, а подобрать на его место сложнее. Во-вторых, он сейчас не в том положении, чтобы наживать себе врагов. Грубо говоря, уволить Карима Масимова без предоставления ему равнозначной должности — это из невозможного. Масимова иметь в противниках сейчас мало кто захочет. В-третьих, есть фактор первого президента, для которого весь истеблишмент – соратники, а он сам еще не особо отошел от дел.

Служба госохраны — при Токаеве

— Из кадровых рокировок Токаева можно отметить назначение на пост начальника службы государственной охраны Ануара Садыкулова.

Он этот пост уже занимал и получал неплохие отзывы, потом вдруг почему-то был переведен с понижением в КНБ. Теперь вернулся. Причем Токаев представил его лично, даже выступил на коллегии.

Получается, что СГО перешла под контроль второго президента. По крайней мере, та ее часть, которая занимается общими вопросами

Потому что прежний начальник, ныне первый заместитель, назначается Елбасы и ему подчиняется. Так как отвечает за безопасность первого президента. Мы видим, что по крайней мере одно силовое ведомство Токаев под себя аккуратно перевел.

Тяжеловесы истеблишмента остались на работе: три фактора последних рокировок

Ануар Садыкулов, фото с сайта inform.kz

Что касается борьбы с коррупцией, во главе самого финпола остался Алик Шпекбаев. Разделение агентств я связываю с тем, что Шпекбаев очень тяготился вопросами госслужбы, ему проще руководить только финполом. Статус этого органа по борьбе с коррупцией в стране, которая страдает от коррупции, был недостаточно высоким.

Нацбюро в составе агентства – не совсем то. Сейчас статус подняли. А Шпекбаев остался во главе той части, которая и ему, и всем остальным была больше интересна

Мы видим, что появилось определенное количество новых лиц. Какими они окажутся руководителями, это вопрос будущего. В какой-то момент была надежда на большую ротацию, но Токаев решил не спешить, еще присмотреться и оценить ситуацию. В любом случае, число людей, назначаемых Токаевым, растет. Что само по себе уже автоматически делает аппарат лояльным новому президенту.